Глава 15. Великий Инквизитор Хогвартса	На следующее утро они собирались прочесть «Ежедневный Пророк» Гермионы от корки до корки, чтобы отыскать статью, которую упоминал Перси в письме. Как бы то ни было, едва редакционная сова из службы доставки отпила молоко из кувшина, Гермиона вздохнула и развернула газету – как раз на том месте, откуда с большущей фотографии смотрела Долорес Амбридж, прищуривающая глаза и широко улыбающаяся, сразу под заголовком:МИНИСТЕРСТВО МАГИИ ПРОВОДИТ ОБРАЗОВАТЕЛЬНУЮ РЕФОРМУ!ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА ПЕРВЫМ В ИСТОРИИ ВЕЛИКИМ ИНКВИЗИТОРОМ!-	Амбридж – Великий Инквизитор? – мрачно процедил Гарри и недоеденный кусок тоста выпал из его рук. -	Эт-то что значит?!Гермиона начала читать вслух.«Вчера вечером Министерством Магии ошеломило всех, приняв новый закон, дающий ему беспрецедентный уровень контроля над Школой Магии и Волшебства Хогвартс. «Министр давно обеспокоен происходящим в Хогвартсе», - сообщил младший помощник Министра Перси Уизли. «Его действия – ответ на вопросы обеспокоенных родителей, которые считают, что школа, возможно, движется не в том направлении, которое заслуживает одобрения». Уже не в первый раз глава Министерства, Корнелиус Фудж, использует законодательные новации для усовершенствования образовательных процессов в Школе Магии и Волшебства. Так, 30 августа был принят Приказ об образовании № 22, согласно которому, если действующий директор Школы не в состоянии подобрать соответствующего кандидата на пост преподавателя – подходящую кандидатуру должно выбрать Министерство.«Именно так Долорес Амбридж получила свое назначение в Хогвартс», - сообщил Уизли вчера вечером. «Дамблдор не мог никого найти, и Министру ничего не оставалось, как назначить Амбридж, и , конечно же, она получила немедленное и всеобщее признание». -	ЧТО она получила?! – заорал Гарри. -	Подожди, это еще не все, - хмуро сказала Гермиона.«…получила немедленное и всеобщее признание, произведя переворот в методике преподавания Защиты от Темных Сил и обеспечив Министра полной информацией касательно того, что на самом деле происходит в Хогвартсе.Именно эту последнюю функцию Министерство и закрепило, приняв Приказ об образовании № 23, согласно которому вводится новая должность – Великий Инквизитор Хогвартса.«Этот уникальный шаг в плане Министра связан со «снижением планки» - так некоторые называют то, что происходит в Хогвартсе», - прокомментировал Уизли. «Инквизитор наделен чрезвычайными полномочиями: проверять работу своих коллег-преподавателей, чтобы убедиться, что они соответствуют своему уровню профессиональной пригодности. Профессору Амбридж предложили этот пост в дополнение к должности преподавателя, и мы рады сообщить, что она ответила согласием». Родители учеников Хогвартса активно поддержали нововведения Министерства:Вчера вечером в своем замке Уилтшир 41-летний Люциус Малфой прокомментировал: «Теперь, когда я знаю, что деятельность Дамблдора будет подвергаться честной и объективной оценке, мне стало намного легче. Многие из нас, родителей, обеспокоены за своих детей, встревожены некоторыми эксцентричными решениями Дамблдора, которые он принял в течение последних нескольких лет, и мы рады знать, что Министерство осуществляет наблюдение за деятельностью ШколыСреди вышеупомянутых эксцентрических решений несомненно можно назвать спорные кадровые решения в школе, ранее уже описанные в газете, такие как  назначение оборотня Ремуса Люпина, полу-великана Рубеуса Хагрида и фальшивого экс-Аврора «Сумасшедшего Глаза» Хмури.Ходят слухи, что Альбус Дамблдор, в прошлом Глава Международной Конфедерации Магов и Главный волшебник Уизенгамота, больше не в состоянии управлять такой престижной школой, как Хогвартс.«Полагаю, назначение Инквизитора – первый шаг к тому, чтобы убедиться – во главе Хогвартса стоит человек, которому можно доверять», - сообщил наш источник в Министерстве.Тем не менее, старейшие члены Уизенгамота Гризельда Марчбэнкс и Тибериус Огден подали в отставку в знак протеста против введения должности Великого Инквизитора в Хогвартсе.«Хогвартс – прежде всего школа, а не аванпост кабинета Корнелиуса Фаджа», - заметила Мадам Марчбэнкс. «Более того, это – отвратительная попытка дискредитировать Альбуса Дамблдора».Чтобы ознакомиться полностью с рассказом о предполагаемых связях Мадам Марчбэнкс с деятельностью гоблинских группировок, смотрите страницу 17».	Гермиона закончила читать и посмотрела на Гарри и Рона.	Теперь мы знаем, как у нас появилась Амбридж! Фадж принял этот «Приказ об образовании» и заставил принять ее на работу! А теперь он дал ей право проверять и профессоров!	Гермиона тяжело дышала, глаза ее горели лихорадочным блеском-	Я в это поверить не могу! Это возмутительно!	Я знаю, - произнес Гарри. Он бросил взгляд на свою правую руку, вцепившуюся в угол стола, и увидел тусклые белые слова, которые Амбридж заставила его вырезать себе на руке. 	На лице Рона появилась усмешка.-	Что с тобой? – одновременно спросили Гарри и Гермиона, уставившись на него.-	Жду – не дождусь, когда она начнет проверять МакГонагалл, - сказал Рон счастливым голосом. Амбридж себе шею свернет, пытаясь ее достать!-	Что ж, уже пора,  - сказала Гермиона, вскочив с места.-	Нам надо идти. Если она будет проверять Биннза, то нам лучше не опаздывать.	Но профессор Амбридж не стала проверять урок по Истории магии, который был таким же скучным, как и в предыдущий понедельник. Также она не появилась в подземелье Снейпа, где у них был сдвоенный урок, и где сочинение Гарри о лунных камнях было возвращено ему с большой небрежно написанной черной “У” в верхнем углу. -	Я поставил Вам такие оценки, какие бы Вы получили, если бы сдавали С.О.В., - сказал Снейп с самодовольной ухмылкой, проходя по классу и раздавая работы. - Это должно дать вам реальное представление о том, чего ждать на экзамене.	Снейп дошел до стены и повернулся к классу лицом: 	Средний балл за эту домашнюю работу просто ужасает. Если бы это был экзамен, то большинство из вас его бы провалили. Я надеюсь, что Вы приложите больше усилий в написании последующих сочинений по различным видам противоядий, или мне придется оставлять после уроков тех болванов, которые получат “У”.	Он покровительственно улыбнулся Малфою, который хихикнул и прошептал: -	Некоторые получили «У»? Надо же!	Гарри заметил, что Гермиона пытается заглянуть в его работу, чтобы увидеть, какую оценку он получил. Гарри запихнул свое сочинение о свойствах лунных камней обратно в сумку, как можно быстрее, понимая, что ему лучше держать свою оценку в тайне.	Не желая больше давать Снейпу повода испортить результат его работы на уроке,  	Гарри прочитал, по меньшей мере, три раза каждую строчку инструкции на доске, прежде чем приступить к ее выполнению. Его Эликсир Силы  был, конечно, не такого бирюзового оттенка как у Гермионы, но все же голубого в нем было больше, чем розового, как в зелье  у Невилла. Поэтому Гарри отнес колбу, наполненную им на стол Снейпа в конце урока со смешанным чувством вызова и облегчения.-	Что ж, все было не так плохо, как на прошлой неделе, - сказала Гермиона, когда они поднимались по лестнице из подземелья, направляясь завтракать в Большой Зал. -	И с домашней работой все прошло не так уж и плохо, да?	Когда ни Рон, ни Гарри не ответили, она продолжила: -	Я имею в виду – хорошо. Конечно, я не ожидала высшей оценки, но если он выставлял оценки также как и на экзамене С.О.В., то удовлетворительно – это довольно таки впечатляющая оценка, на данном этапе, что вы думаете?	Гарри издал какой-то нечленораздельный звук.-	Конечно, многое может произойти до экзаменов, но у нас достаточно времени, чтобы подтянуться. Оценки, которые мы получаем сейчас – это своего рода фундамент. Мы должны продолжать работать…	Они сели вместе за стол Гриффиндора.-	Конечно, я была бы в восторге, если бы получила  «В» – «Великолепно». -	Гермиона! - сказал Рон резко. -	Если ты хочешь узнать, какие оценки мы получили – просто спроси.-	Но я не… не это имела в виду – хотя, если вы хотите мне сказать…-	Я получил “С”, - ответил Рон, наливая суп в свою тарелку. - Довольна?-	Ну, здесь стыдиться нечего, - сказал Фред, только что подошедший к столу с Джоржем и Ли Джорданом, усаживаясь справа от Гарри. – Нет ничего страшного в старой доброй «С».-	Но, - сказала Гермиона, - разве «С», не означает…-	«Слабо»? Да, именно так! – сказал Ли Джордан. Тем не менее, это лучше, чем «У», не так ли?	Гарри почувствовал, как его лицо охватил жар. Он изобразил небольшой приступ кашля и склонился над своей булочкой. Когда он снова вынырнул, то к своему сожалению обнаружил, что Гермиона все еще треплется об отметках, выставляемых на С.О.В. -	Итак, высшая оценка – «В», что значит «Великолепно», затем идет «Д».-	Нет, после «В» идет «П» - «Превзойти все ожидания», - вмешался Джордж. - Я всегда думал, что Фред и  я должны получить «П» по всем предметам, поскольку мы превзошли ожидания только своим присутствием на экзаменах!  	Они все рассмеялись. Кроме Гермионы, которая продолжила: -	Значит, после «Превзойти все ожидания» идет «Д» - «Допустимо», и это - самая низкая отметка, с которой экзамен будет зачтен?-	Да, - сказал Фред. Он обмакнул свою булочку в тарелку с супом, переместил его в рот и проглотил целиком.-	Потом идет «С» – «Слабо», – Рон поднял обе руки. -	И «У» – «Ужасно»!-	И еще – «Т», - напомнил Джордж. -	«Т»? - спросила Гермиона. -	Ниже, чем «У»? Что же это за оценка такая?-	«Тролль»! – ответил Джордж. 	Гарри снова рассмеялся, хотя он не был уверен, что Джордж шутит. Он представил, как будет скрывать от Гермионы, если получит «Т» по всем предметам С.О.В. и решил с этого момента заниматься усерднее.-	У вас еще не было инспекции на уроке? - спросил Фред.-	Нет, - ответила Гермиона, - А у Вас?-	Только что. Перед обедом, - сказал Джордж. На Заклинаниях.-	И на что это было похоже? Одновременно спросили Гарри и Гермиона 	Фред пожал плечами: -	Не так уж и плохо. Амбридж тихо сидела в углу и делала заметки на планшете, на котором был закреплен кусок пергамента. Вы же знаете Флитвика – он обращался с ней как с гостьей, до которой, казалось, и дела нет. Она мало говорила. Задала Алисии пару вопросов о том, как обычно проходят уроки, и Алисия ответила, что они великолепны. Вот и все.-	Кто у вас после обеда? Спросил Фред у Гарри. -	Трелони.-	Так сказать, «Т».-	Ага… И Амбридж собственной персоной.-	Что ж, будь хорошим мальчиком и держи себя в руках в присутствии Амбридж сегодня, - сказал Джордж. Анжелина будет вне себя от ярости, если ты пропустишь еще одну тренировку по Квиддичу. 	Но Гарри не пришлось ждать урока Защиты от Темных Сил, чтобы снова увидеть профессора Амбридж. Он вытаскивал Дневник Сновидений в самом дальнем углу погруженного во мрак кабинета Прорицания, когда Рон толкнул его локтем в бок. Повернув голову, он увидел, что из люка на полу появилась профессор Амбридж. Все в классе, весело болтавшие до этого, мгновенно притихли. Неожиданная тишина заставила профессора Трелони, которая собиралась раздать Оракул Сновидений, оглянуться.-	Добрый день, профессор Трелони! - сказала профессор Амбридж широко улыбаясь, -	Я надеюсь, Вы получили мою записку, в которой я Вам сообщила о дне и часе вашей проверки? 	Профессор быстро кивнула, нервно повернулась спиной к профессору Амбридж и продолжила раздавать книги. Все еще улыбаясь, профессор Амбридж взяла за спинку ближайшее кресло и поставила его перед учениками в нескольких дюймах позади места профессора Трелони. Затем она села, достала из своей сумки в цветочек планшет и стала оглядывать класс, ожидая, когда начнется урок. 	Профессор Трелони слегка дрожащими руками поплотнее закуталась в шаль и оглядела класс сквозь огромные линзы своих очков.-	Сегодня мы продолжим изучение пророческих сновидений, - сказала она, отчаянно пытаясь придать интонациям обычную таинственность. Тем не менее, голос слегка дрожал. 
-	Разбейтесь на пары, пожалуйста, и истолкуйте сновидения друг друга при помощи Оракула.

 	Она было уж собралась сесть обратно, но, увидев профессора Амбридж прямо рядом со своим местом, тотчас же передумала и направилась к Парвати и Лаванде, уже погрузившихся в обсуждение самого последнего сна Парвати.

 	Гарри открыл свою копию Оракула Сновидений, украдкой поглядывая на Амбридж. Та уже делала заметки на своем планшете. Через несколько минут она поднялась и стала расхаживать по классу вместе с Трелони, слушая ее разговоры с учениками и задавая вопросы там и тут. Гарри торопливо склонился над своей книгой.

-	Быстро придумай какой-нибудь сон, - сказал он Рону, - а то вдруг эта старая жаба пойдет в нашу сторону.
-	Я придумывал в прошлый раз, - возразил Рон, - теперь твоя очередь.

-	Ну, я не знаю, - в отчаянии прошептал Гарри, он не мог вспомнить, чтобы ему что-то снилось в последнее время. Скажем, мне приснилось, как я… топил Снейпа  в своем котле. Думаю, что этого хватит…

 	Рон сдавленно захихикал и открыл свой Оракул Сновидений.

-	Так, нам надо сложить твой возраст с датой, когда ты видел этот сон, и с числом букв темы сна… что будет темой «топить», «котел» или «Снейп»?

-	Не важно, выбирай любое из этих слов, - сказал Гарри, бросая тревожные взгляды на приближающихся профессоров. Профессор Амбридж сейчас стояла за спиной Трелони и делала записи, в то время как преподаватель прорицания задавала вопросы Невиллу о его Дневнике Сновидений.

-	Скажи еще раз, когда ты  видел этот сон? – спросил Рон, погрузившись в вычисления.

-	Я не знаю, пусть будет вчера, хотя делай как тебе нравится, - ответил Гарри пытаясь расслышать, что Амбридж говорит профессору Трелони. Теперь они были на расстоянии одного стола от него и Рона. Профессор Амбридж снова сделала запись на своем планшете, а профессор Трелони пребывала в совершенной прострации.
 
-	Так, - произнесла Амбридж, взглянув на профессора Трелони, - скажите мне точно, как давно Вы занимаете эту должность?

 	Профессор Трелони раздраженно посмотрела на нее, скрестив руки и нахохлившись, будто пытаясь этим защититься от унижения проверкой. После небольшой паузы, во время которой, казалось, она обдумывала всю оскорбительность этого вопроса, дабы, возможно, проигнорировать его, Трелони произнесла глубоко уязвленным тоном: «Около шестнадцати лет».

-	Довольно давно, - заметила профессор Амбридж, делая очередную запись, - И Вас назначил, разумеется, профессор Дамблдор?

-	Верно, - коротко ответила профессор Трелони.

 	Амбридж сделала еще одну запись.

-	И вы являетесь пра-пра-правнучкой знаменитой Ясновидящей Кассандры Трелони?

-	Да, - ответила профессор Трелони, гордо подняв голову.

 	Очередная заметка.

-	Насколько я понимаю, – поправьте меня, если я не права – Вы первая в семье после Кассандры, кто обладает Внутренним Виденьем?

-	Такой дар зачастую проявляется… э… через три поколения, - сказала профессор Трелони.

 	Отвратительная улыбка Амбридж растянулась еще шире. 

-	Ну, коне-е-е-чно же, - протянула она елейным голосом, снова делая запись в своей табличке. 

-	А могли бы Вы предсказать что-нибудь мне? – и она вопросительно посмотрела на профессора, все еще улыбаясь.

 	Профессор Трелони застыла, будто бы не веря услышанному. 

-	Я вас не понимаю, - сказала она  судорожно вцепившись в шаль, обмотанную вокруг ее костлявой шеи.

-	Я хочу, чтобы Вы сделали мне предсказание, - четко произнесла профессор Амбридж.

 	Гарри и Рон были не единственными, кто украдкой наблюдал и слушал, прикрывшись своими книгами. Почти весь класс смотрел на профессора Трелони, когда она встала в полный рост, звеня бусами и браслетами.

-	Внутреннее Виденье не подчиняется приказам, - сказала она срывающимся голосом.

-	Я вижу, - мягко сказала профессор Амбридж, сделав еще одну пометку.
 
-	Но-но… я… подождите! Неожиданно произнесла профессор Трелони, пытаясь говорить своим обычным мистическим голосом, хотя у нее это плохо получалось, эффект был разрушен тем, что ее трясло от злости. 

-	Думаю, что я кое-что вижу… что-то насчет Вас… что-то темное…какую-то большую опасность…

 	Профессор Трелони направила трясущийся палец на профессора Амбридж, которая продолжала ей улыбаться, приподняв брови.

-	Боюсь… боюсь, что вы в смертельной опасности! – театрально закончила Трелони.

 	В течение небольшой паузы профессор Амбридж вопросительно смотрела на профессора Трелони.

-	Что ж, мягко сказала она, снова записывая что-то на своем планшете, - Если это все на что вы способны…

 	Она отвернулась, пригвоздив взглядом профессора Трелони к месту, грудь которой яростно вздымалась. Гарри поймал взгляд Рона и понял, что тот думает в точности то же самое: они оба знали, что профессор Трелони – старая мошенница, но с другой стороны, они ненавидели Амбридж так сильно, что были полностью на стороне Трелони – по крайней мере до тех пор, пока она не склонилась над их столом несколько секунд спустя.

-	Итак? -  сказала она, вытянув свои неестественно длинные пальцы перед Гарриным  носом, - Покажи мне как ты начал свой дневник сновидений, пожалуйста.

 	И когда она начала толковать сны Гарри на верхней ноте своего голоса (все, включая те сновидения, в которых он ел овсянку, предсказывали ему скорую смерть), его симпатия к ней улетучилась. 

 	Все это время профессор Амбридж стояла в нескольких шагах от них и делала заметки на планшете. Когда прозвенел звонок, она первой спустилась по серебряной лестнице и ждала их в кабинете Защиты от Темных Сил, поскольку они опоздали на десять минут

 	Когда они вошли в класс, Амбридж улыбалась, мурлыча что-то себе под нос. Гарри и Рон рассказали Гермионе, которая была на Нумерологии, все, что произошло на Прорицании, пока они доставали свои учебники по Теории магической защиты. Прежде чем Гермиона успела задать хоть один вопрос, профессор Амбридж призвала всех к порядку. В классе стало тихо.

-	Отложите палочки в сторону, - улыбаясь сказала она, и те, кто в надежде на практику достал их, разочарованно засунули их обратно в сумки. 

-	Так как мы закончили читать Главу 1 на прошлом занятии, то я хочу, чтобы вы все открыли страницу 19 и приступили к Главе 2 «Общие теории Защиты и их происхождение». Поэтому лишние разговоры нам ни к чему. 

 	Продолжая широко самодовольно улыбаться Амбридж уселась за свой стол. В классе раздался звук переворачиваемых страниц – все как один раскрыли учебники на странице 19. Гарри затосковал и ему стало интересно: достаточно ли в учебнике глав, чтобы они провели все уроки в этом году за чтением, и только он собрался заглянуть в содержание книги, как заметил, что Гермиона снова подняла руку.

 	Профессор Амбридж тоже ее заметила, и более того, похоже, что она выработала определенную стратегию, как поступать в этой ситуации. Вместо того, чтобы сделать вид, что она ее не замечает, она встала, обошла первые парты и оказалась прямо перед Гермионой. Затем она наклонилась и прошептала так, чтобы никто в классе не слышал, что она говорит: «Что на этот раз мисс Грэйнджер?»

-	Я уже прочла вторую главу, - сказала Гермиона.

-	Что ж тогда начинайте читать третью.

-	Ее я тоже прочитала. Я прочла всю книгу.

 	Профессор Амбридж прищурила глаза и немедленно переменила свою позу.

-	Тогда Вы должны знать, что говорит Слинкхард в Главе 15 о противозаклятиях.

-	Он говорит, что это неправильное название, - уверенно сказала Гермиона, - он говорит, что противозаклятие – это только название, которое люди дают своим заклятиям, чтобы они звучали более приемлемо.

 	Брови профессора Амбридж приподнялись, и Гарри понял, что ответ произвел на нее впечатление против ее воли.

-	Но я не согласна с ним, - продолжила Гермиона. 

 	Брови Профессора Амбридж поднялись еще выше, а взгляд стал холодным.

-	Вы не согласны?
-	Да, я не согласна, - ответила Гермиона, которая в отличие от Амбридж не шептала, а громко и отчетливо произносила все слова, что привлекло внимание остального класса. 

-	Мистеру Слинкхарду не нравятся заклятия, не так ли? Но я думаю, что они могут быть очень полезными, особенно, если их использовать в целях защиты.

-	Вы так думаете? - спросила профессор Амбридж, забыв о шепоте и выпрямившись. 

-	Что ж, боюсь, что здесь в классе мы будем изучать не ваше мнение, а мнение мистера Слинкхарда, мисс Грэйнджер.

-	Но,  - начала Гермиона.

-	Достаточно, - остановила ее профессор Амбридж. 

 	Она прошла в начало кабинета и повернулась к классу лицом. Самодовольная уверенность, которая в начале урока играла на ее физиономии, куда-то улетучилась. 

-	Мисс Грэйнжер, я снимаю с Гриффиндора 5 баллов.

 	По классу пронесся ропот.

-	За что? – зло спросил Гарри.

-	Не лезь! – зашипела на него Гермиона.

-	За то, что вы сорвали мне урок своими безосновательными замечаниями, - спокойно сказала профессор Амбридж. - Я здесь, чтобы научить вас использовать методы, одобренные Министерством, а не выслушивать рассуждения учеников о том, в чем они мало понимают. Ваши предыдущие преподаватели данного предмета, возможно, позволяли Вам намного больше, но никто из них – за исключением профессора Квирелла, который, по крайней мере, ограничился подачей материала соответствующего вашему возрасту – не прошел проверки Министерства.

-	О да! Квирелл был отличным учителем, - громко сказал Гарри, - Правда, у него был один маленький недостаток – лорд Вольдеморт на затылке! 
 	В классе воцарилась гробовая тишина.

-	Что ж, я думаю, что еще одна неделя наказаний, мистер Поттер, пойдет Вам на пользу, - елейным голосом сказала Амбридж.
 	Порез на руке Гарри только начал заживать, но на следующее утро он снова кровоточил. Он не жаловался во время вечернего наказания, поскольку решил не доставлять Амбридж такой радости. Снова и снова он писал: «Я не должен говорить неправду», -  и ни звука не сорвалось с его губ, хотя порез углублялся с каждой написанной буквой.

 	Хуже всего в этой, второй по счету, неделе наказаний, как и предсказывал Джордж, была реакция Анжелины. Она поймала его во вторник за завтраком сразу как только он подошел к столу Гриффиндора и так громко кричала, что МакГонагалл встала из-за профессорского стола и подошла к ним.

-	Мисс Джонсон, как вы смеете так шуметь в Большом Зале? Пять баллов с Гриффиндора!

-	Но, профессор, он снова наказан.

-	Что произошло Поттер? – резко спросила профессор МакГонагалл, повернувшись к Гарри. 
-	Наказание? От кого?

-	От профессора Амбридж, - промямлил Гарри, не глядя в глаза МакГонагалл, прикрытые квадратными линзами очков.

-	Вы хотите сказать, - произнесла она, понизив голос так, чтобы любопытные из Рэйвенкло не могли их слышать, - что после того, как я предупредила вас в прошлый понедельник, вы снова вышли из себя на уроке профессора Амбридж?

-	Да, - произнес Гарри, глядя в пол.

-	Поттер, вы должны держать себя в руках! Вы навлечете на свою голову еще большие неприятности! Минус еще пять баллов с Гриффиндора! 

-	Но – за что? Профессор, нет! - приходя в ярость от такой несправедливости, - Она меня уже наказала, зачем еще и вам снимать баллы?

-	Похоже, что наказания никак на вас не действуют! – ответила профессор МакГонагалл резко. 

-	Все, больше никаких жалоб, Поттер! А что касается вас, мисс Джонсон, то запомните на будущее, что кричать можно только на  площадке для Квиддича или вы рискуете потерять звание капитана команды!

 	Профессор МакГонагалл прошла обратно к профессорскому столу. Анжелина с отвращением посмотрела на Гарри, севшего на скамейку подле Рона и в ярости пересела подальше.

 	Она снимает баллы с Гриффиндора в то время, как моя рука каждый вечер превращается в открытую рану. Разве это справедливо?

-	Я все знаю, старик, - с сочувствием сказал Рон, подкладывая бекон на тарелку Гарри. - Она выбита из колеи.

 	Гермиона в этот момент была поглощена чтением «Ежедневного Пророка» и ничего не сказала.

-	Ты думаешь, что МакГонагалл права, так? – со злостью сказал Гарри, глядя на фотографию Корнелиуса Фуджа, которая закрывала лицо Гермионы.

-	Мне очень жаль, что она сняла с тебя баллы, но я думаю, что она была права, предупредив тебя не выходить из себя на уроках Амбридж, - послышался голос Гермионы, пока Фудж оживленно жестикулировал на первой странице, очевидно произнося какую-то речь.

-	Гарри не разговаривал с Гермионой весь урок Заклинаний, но когда они пришли на Трансфигурацию он забыл о том, что дуется. В углу кабинета сидела профессор Амбридж со своей дощечкой и при ее виде воспоминания о том, что произошло за завтраком вылетели из его головы.

-	Превосходно, - прошептал Рон, когда они сели на свои места. 
-	Давайте посмотрим, как Амбридж поставят на место.

 	Профессор МакГонагалл вошла в кабинет размеренным шагом, не замечая профессора Амбридж.

-	Достаточно, - сказала она и в классе установилась тишина. 
-	Мистер Финниган, будьте добры, подойдите ко мне и раздайте домашние задания. Мисс Браун, пожалуйста, возьмите эту коробку с мышами – не бойтесь же, они не причинят вам вреда – и раздайте каждому по одной мыши.

-	Кхе, кхе, - профессор Амбридж издала тот же идиотский кашель, как тогда, когда она перебила Дамблдора в первый день семестра. Профессор МакГонагалл проигнорировала ее. Симус выдал Гарри его домашнюю работу, Гарри взял ее, не глядя на него, и с облегчением увидел, что получил за нее «Д».

-	А теперь слушайте все внимательно! Дин Томас, если вы еще раз проделаете это с мышью, то будете наказаны и останетесь после уроков. Большинство из вас успешно справились с испарением улиток, и даже те, у кого остались частички раковин имеют понятие, в чем заключается его суть. Сегодня мы будем…

-	Кхе, кхе, - закашляла профессор Амбридж.

-	Да? – повернулась к ней профессор МакГонагалл. Ее брови грозно сдвинулись превратившись в почти сплошную линию.

-	Я только хотела спросить профессор, получили ли вы мою записку с датой и временем инс…

-	Очевидно, что я ее получила иначе спросила бы у вас, что вы делаете на моем уроке, - сказала профессор МакГонагалл, уверенно повернувшись спиной к профессору Амбридж. Большинство учеников обменялись ликующими взглядами. 

-	Как я уже говорила, сегодня мы все вместе попрактикуем более сложное заклинание и займемся рассеиванием мышей. А теперь Испаряющее Заклинание… 

-	Кхе, кхе…

-	Я хотела бы знать, - с холодной яростью произнесла профессор МакГонагалл, обращаясь к профессору Амбридж, - как вы рассчитываете получить хоть малейшее представление о том, как я обычно провожу уроки, если продолжаете перебивать меня. Знаете, обычно я не позволяю говорить, когда говорю сама.

 	Профессор Амбридж выглядела так, как будто ей только что дали пощечину. Она ничего не сказала, только распрямила пергамент на дощечке и начала что-то яростно записывать.

 	С абсолютно безразличным видом, профессор МакГонагалл еще раз обратилась к классу.

-	Как я уже говорила, Испаряющее Заклинание усложняется при необходимости сделать невидимым более сложное животное. Поскольку улитка – беспозвоночное, то не представляет особой сложности для испарения. Мышь же – млекопитающее и потому требует больше усилий. Одним словом, это не та магия, которой можно заниматься за обедом. Итак, заклинание вы знаете, теперь посмотрим что у вас получится…

-	Как она может читать мне нотации о том, что нельзя выходить из себя при Амбридж!  - прошептал Гарри Рону. Тот улыбался. Он на профессора МакГонагалл уже не сердился.

 	Профессор Амбридж не стала ходить за МакГонагалл по классу так, как она ходила за Трелони. Вероятно, она поняла, что профессор МакГонагалл не позволит ей это делать. Тем не менее, она много писала, сидя в своем углу, и когда профессор МакГонагалл в конце урока сказала, что все могут идти, она поднялась со своего места со зловещим выражением лица.

-	Что ж, это неплохое начало, - произнес Рон, взяв мышь за длинный извивающийся хвост, и бросив ее обратно в коробку, с которой Лаванда обходила класс.

 	Когда они выходили из кабинета, Гарри заметил, что Амбридж направляется к учительскому столу. Он пихнул Рона, который в свою очередь толкнул Гермиону, и  они осторожно припали к двери и стали подслушивать. 

-	Как давно вы преподаете в Хогвартсе? – спросила Амбридж.

-	В декабре будет 39 лет, - резко ответила профессор МакГонагалл, застегивая свою сумку.

 	Профессор Амбридж сделала запись.

-	Очень хорошо, - сказала она, - вы получите результаты проверки через десять дней.

-	Не могу дождаться, - холодно сказала профессор МакГонагалл и направилась к двери. 
-	Вы, трое, поторопитесь, - добавила она, подталкивая ребят впереди себя.

 	Гарри не удержался, чтобы не улыбнуться и мог бы поклясться, что профессор улыбнулась ему в ответ.

 	Он думал, что в следующий раз увидит профессора Амбридж вечером во время наказания, но он ошибался. Когда они шагали вдоль лужаек по направлению к лесу на урок Ухода за Магическими существами, они увидели ее, с табличкой наготове поджидающую их рядом с профессором Граббли-Планк.

-	Обычно не ВЫ ведете занятия в этом классе, это так? – услышал Гарри вопрос, когда они подошли к столу на возвышении, где несколько пойманных леших шарили вокруг в поисках лесных паразитов, похожих на живые веточки.

-	Совершенно верно, - ответила профессор Граббли-Планк, держа руки за спиной и слегка подпрыгивая на носочках.
-	Я заменяю профессора Хагрида.

 	Гарри, Рон и Гермиона обменялись встревоженными взглядами. Малфой шептался с Крэбом и Гойлом, ему, конечно, не терпелось понарассказывать сказок о Хагриде работнику Министерства.

-	Хм, - произнесла профессор Амбридж, понизив голос, хотя Гарри мог слышать ее довольно отчетливо. - Мне интересно, можете ли вы назвать причину столь продолжительного отсутствия профессора Хагрида, - похоже, что ваше начальство не торопиться с тем, чтобы дать мне хоть какую-то информацию по этому вопросу.

 	Гарри заметил, что Малфой выжидающе смотрит на Амбридж и Граббли-Планк.

-	Боюсь, что нет, – с готовностью ответила профессор Граббли-Плэнк. - Я знаю об этом не больше, чем Вы. Я получила сову от Дамблдора, что на пару недель ему нужен заместитель и согласилась. Это все, что я знаю. Ну что… уже, можно начинать?

-	Да, пожалуйста, - произнесла профессор Амбридж, делая записи.

 	На этом уроке Амбридж применила другую тактику, она ходила между учениками и задавала вопросы о магических существах. Большинство учеников смогли хорошо ответить на ее вопросы и Гарри воспрянул духом, по крайней мере, класс не подвел Хагрида.

-	А в целом, - спросила профессор Амбридж, поворачиваясь к профессору Граббли-Планк после продолжительного допроса Дина Томаса, - что вы… как временный работник школы, объективный человек со стороны… Полагаю, вы можете сказать, что вы думаете о Хогвартсе? Как вы считаете, получаете ли вы достаточную поддержку от руководства школы?

-	О, да! Дамблдор – великолепен, - сердечно ответствовала профессор Граббли-Планк. Я очень довольна тем, как обстоят дела, конечно же, очень довольна.

 	Со скептическим, но вежливым видом, Амбридж сделала краткую запись и продолжила, 

-	А что вы планируете пройти с классом в этом году – если, конечно, предположить, что профессор Хагрид не вернется?

-	Я познакомлю их со всеми существами, которые чаще всего встречаются на С.О.В., - ответила  профессор Граббли-Планк.
-	Осталось не так уж много, они уже прошли единорогов и нюхлеров, я думаю, что мы бы изучили порлоков и лазилей, также я бы убедилась, что они могут отличить крупов  от твердолобиков, ну вы понимаете…

-	Хорошо, похоже, что ВЫ знаете, что делаете, в любом случае, - сказала профессор Амбридж, ставя галочку на своем планшете. Гарри не понравилось, что она сделала ударение на слове «Вы», еще меньше ему понравилось, когда она задала свой следующий вопрос Гойлу. 

-	Я слышала, что у вас на уроке были несчастные случаи?

 	Гойл скривился в дебильной ухмылке. Малфой поспешил ответить на вопрос.

-	Это было со мной. Меня ранил гиппогриф.

-	Гиппогриф? - спросила профессор Амбридж, неистово записывая.

-	Только потому, что он был настолько глуп, что не послушался Хагрида, - со злостью сказал Гарри.

 	Рон и Гермиона застонали в один голос. Профессор Амбридж медленно повернула голову в сторону Гарри.

-	Полагаю, что вы заслужили еще одно вечернее наказание, - сказала она мягко. 
-	Что ж, спасибо вам большое, профессор Граббли-Планк, думаю, что это все, что мне было нужно. Вы получите результаты своей проверки через 10 дней.

-	С радостью, - ответила профессор Граббли-Планк.  Профессор Амбридж пошла через луг по направлению к замку.

 	Была уже почти полночь, когда Гарри покинул кабинет Амбридж. Его рука кровоточила так сильно, что шарф, которым он ее обмотал, был весь насквозь пропитан кровью. Он думал, что в гостиной никого нет, когда возвращался туда, но Рон и Гермиона ждали его. Он был рад их видеть, особенно потому, что Гермиона была настроена скорее сочувствующе, чем критически.

-	Вот, - обеспокоено сказала она, пододвигая в его сторону чашку с желтой жидкостью, - опусти в нее руку, это настойка профильтрованных и засоленных щупалец Акнерыса. Должно помочь.

 	Гарри опустил свою кровоточащую, разрываемую болью руку в чашку и сразу почувствовал облегчение. Косолапсус стал тереться о его ноги, громко мурлыча, затем прыгнул и устроился у него на коленях.

-	Спасибо, - с признательностью сказал он, почесав левой рукой за ухом у Косолапа.

-	Я все еще считаю, что ты должен пожаловаться, - тихо сказал Рон.

-	Нет, - ровным голосом ответил Гарри.

-	МакГонагалл придет в ярость, если узнает… 

-	Да, возможно и так, - хмуро сказал Гарри, - А как вы думаете, сколько времени потребуется Амбридж, чтобы издать другой Приказ, в котором будет говориться, что любой, кто пожалуется на Великого Инквизитора будет немедленно исключен?

 	Рон открыл было рот, чтобы возразить, но не нашел, что сказать и снова его закрыл, признав правоту Гарри.

-	Она ужасная женщина, - тихо сказала Гермиона. - Ужасная. Знаешь, я как раз говорила это Рону, когда ты вошел… мы обязаны что-то сделать.

-	Я предложил – яд, - с ухмылкой сказал Рон.

-	Нет… Я имею в виду то, какой она ужасный учитель, и что мы ничего не узнаем от нее о Защите, - произнесла Гермиона.

-	Хорошо, но что мы можем с этим сделать? – спросил Рон, зевая. - Уже слишком поздно, не находите? Она получила эту работу и останется здесь. Фудж об этом позаботится.

-	Знаете, - сказала Гермиона осторожно, - я сегодня думала об этом, - она бросила тревожный взгляд на Гарри и затем выпалила, - Я думала о том, что, возможно, пришло время, когда мы просто… просто обязаны делать это сами.

-	ЧТО делать сами? – подозрительно спросил Гарри, все еще держа руку в растворе щупалец акнерыса.

-	Самим изучать Защиту от Темных Сил, - сказала Гермиона.

-	Даже и не думай, - простонал Рон. 
-	Ты хочешь, чтобы мы взяли на себя дополнительную работу? Ты понимаешь, что Гарри и я не успеваем выполнять то, что нам задают, а это только вторая неделя?

-	Но это намного важнее, чем домашние работы! – сказала Гермиона

 	Гарри и Рон вытаращили на нее глаза.

-	Не думаю, что есть что-то во всей Вселенной важнее домашней работы! - сказал Рон.

-	Не будь дураком, конечно, есть, - сказала Гермиона. Гарри с тревогой заметил, что ее лицо внезапно осветилось каким-то лихорадочным светом, обычно ее так вдохновляла только идея освобождения домовых эльфов. 
-	Это касается нашей подготовки, как сказал Гарри на первом уроке Амбридж. Это касается того, что нас ждет в будущем. Это касается нашей уверенности в том, сможем ли мы защитить себя. Если мы ничего не выучим за целый год, то…

-	Мы мало, что сможем сделать сами, - сказал Рон подавленно. 
-	Я имею в виду, что мы можем пойти в библиотеку, посмотреть, какие есть заклинания и практиковаться в них…

-	Нет, я думаю, что мы уже вышли из того возраста, когда можно просто зубрить книжки, - сказала Гермиона. 
-	Нам нужен учитель, подходящий учитель, который бы мог нам показать, как использовать заклинания и поправлять нас, если мы делаем что-то не так.

-	Если ты говоришь о Люпине…, - начал Гарри.

-	Нет, я говорю НЕ о Люпине, - сказала Гермиона. - Он слишком занят в Ордене, к тому же, мы сможем видеться с ним только в Хогсмиде на выходных, а этого недостаточно.

-	Тогда – кто? – спросил Гарри, нахмурившись.

Гермиона глубоко вздохнула.

-	Это же очевидно, - сказала она. - Я говорю о тебе, Гарри.

На мгновение воцарилась тишина. Легкий ночной ветерок распахнул створки окна и огонь погас.

-	При чем здесь я? – спросил Гарри.

-	Я говорю о том, что ты можешь учить нас Защите от Темных Сил.

Гарри уставился на нее. Когда он повернулся к Рону, дабы обменяться с ним раздраженными взглядами, как они обычно делали, когда Гермиона строила далеко идущие планы на счет чего-то типа Р. В. О. Т. Э, но к ужасу обнаружил, что Рон не раздражен.

Наоборот, Рон слегка нахмурился,  видимо задумавшись. Потом он произнес:

-	А это идея…

-	Какая идея, о чем ты говоришь? – спросил Гарри.

-	Ты будешь нас учить этому.

-	Но…

Гарри усмехался, уверенный, что они его разыгрывают.

-	Но я не учитель, я не могу.

-	Гарри, ты – лучший на нашем курсе по Защите от Темных сил, - сказала Гермиона.

-	Я? – ухмыльнувшись сказал Гарри. - Ну уж нет, по всем контрольным у тебя всегда оценки выше.

-	На самом деле – это не так, - строго сказала Гермиона. 
-	На третьем курсе ты был лучшим – только на этом курсе у нас был учитель, который действительно знал свой предмет. Но я говорю не о результатах контрольных, Гарри. Подумай, что ты уже сделал.

-	Ты о чем? 

-	Сам знаешь, о чем. Слушай, я уже не уверен, что хочу, чтобы меня учил такой тупица, - сказал Рон Гермионе, слегка ухмыляясь. Он обратился к Гарри.

-	Ну сам подумай, - сказал он, копируя выражение лица Гойла, когда тот пытался сосредоточиться. 
-	Так… на первом курсе, ты спас философский камень от Сам-Знаешь-Кого.

-	Но это была случайность, - сказал Гарри, - дело было не в мастерстве.

-	На втором курсе, - перебил его Рон, - ты убил Василиска и уничтожил Риддла.

-	Да, но если бы Фоукс не подоспел во время, то я…

-	На третьем курсе, - еще громче продолжил Рон, - ты сражался сразу с сотней Дементоров.

-	Ты знаешь, что это была счастливая случайность, если бы не маховик времени, то…

-	В прошлом году, - Рон уже почти кричал, - ты снова сражался с Cам-Знаешь-Кем.

-	Послушайте меня! – сказал Гарри почти со злостью, потому что Рон и Гермиона теперь оба улыбались довольные собой. 

-	Просто послушайте меня, ладно? Когда вы об этом говорите, все звучит превосходно. Но ВСЕ это получилось случайно – половину всего времени я вообще не осознавал, что делаю. Я ничего не планировал заранее. Я только делал то, на что был способен и мне почти все время помогали.

Но Рон и Гермиона продолжали… улыбаться, и Гарри почувствовал, что теряет над собой контроль. Он сам не понимал, почему так разозлился. 

-	Хватит сидеть там и ухмыляться, как будто вы все знаете лучше меня. Это я был там, не так ли? – сказал он в ярости. 
-	Я знаю, что тогда произошло! И я справился со всем этим не потому, что так хорошо разбираюсь в Защите от Темных Сил. Я справился только потому, что помощь подоспела как раз во время, потому, что я просто правильно угадал. Я едва справился с этим, и я понятия не имел, что делаю! Да хватит смеяться!!!!

Чашка с настойкой Акнерыса упала на пол и разбилась. Он осознал, что стоит, хотя не помнил – когда. Косолапсус убежал и спрятался под диван. Улыбки сползли с лиц Рона и Гермионы.

-	Вы понятия не имеете, что это такое! Вы – никто из вас – вы никогда не сталкивались с ним, не так ли? Вы думаете, что надо только вспомнить парочку заклинаний и произнести их, как на уроке? Нас никогда не учили на уроках, каково это знать, что от смерти вас ничто не отделяет, кроме ваших… ваших собственных мозгов или мыслей или что там еще! Как будто вы можете мыслить ясно, когда вы в сантиметре от смерти и мучений или видите, как умирают ваши друзья. Нас никогда не учили этому. А вы, двое, сидите здесь и ведете себя так будто я – маленький мальчик, который стоит здесь, - остался в живых потому, что умен, а Диггори – был дураком, потому его и убили! Вы просто не понимаете, что на его месте мог оказаться и я, если бы я не был нужен Вольдеморту!

-	Мы ничего такого не говорили, Гарри, - ошарашено произнес Рон. - Мы  ничего такого не думали о Диггори – ты неправильно нас понял.

Он беспомощно посмотрел на пораженную Гермиону.

-	Гарри, - сказала она спокойно, - Разве ты не видишь? Именно поэтому ты нам и нужен… нам нужно знать, что это такое на самом деле… встретится с ним… встретиться с Во… Вольдемортом.

Впервые она назвала Вольдеморта по имени и это, как ничто другое, успокоило Гарри. Все еще тяжело дыша, он опустился назад в кресло, постепенно приходя в себя и почувствовал, что его рука снова ноет. Гарри пожалел, что разбил чашку с раствором Акнерыса.

-	Но ты… подумай об этом, - тихо сказала Гермиона. - Пожалуйста.

Гарри не мог ничего сказать. Ему уже было стыдно за то, что он взорвался. Он кивнул, с трудом понимая с чем он согласился. Гермиона встала.

-	Хорошо, я иду спать, - сказала она таким обычным тоном, каким только могла. - Эээ… доброй ночи.
Рон тоже встал.
-	Идешь? – спросил он у Гарри.
-	Да, - ответил Гарри. - Через минуту, только уберу здесь все.
Он указал на перевернутую чашку на полу. Рон кивнул и ушел.
- Репаро, - пробормотал Гарри, направив волшебную палочку на осколки. Они собрались вместе в чашку, только в ней больше не было зелья.

Внезапно он почувствовал себя таким уставшим, что ему захотелось сесть обратно в кресло и заснуть в нем. Вместо этого он заставил себя встать и пошел наверх вслед за Роном. Этой ночью ему снова снились коридоры и закрытые двери, и он проснулся на следующий день с болью в шраме.